Все лгут :) Наши тела ломаются, иногда, когда нам 90, иногда до рождения, и это всегда случается, и в этом нет никакого достоинства. Мне всё равно, можете ли вы ходить, видеть, вытирать собственную задницу. Болезнь всегда отвратительна! Всегда! Вы можете жить с достоинством, но вы не можете с ним умереть. Ты разговариваешь с Богом — ты верующий, Бог разговаривает с тобой — ты психически больной. [Доктор Хаус чернокожему сенатору]: Вы всё равно не станете Президентом, Белый Дом называется белым не из-за цвета стен. — Помоги мне избежать этого ужина, и я расскажу, кто пустил слух, что ты транссексуал! — Нет такого слуха! — Будет, если не поможешь избежать ужина! Нет, между любовью и ненавистью не один шаг. На самом деле, между любовью и ненавистью Великая Китайская Стена, и каждые двадцать шагов стоят охранники с оружием в руках. Вы можете верить, сколько хотите, в духов и посмертную жизнь. И рай, и ад. Но когда дело заходит об этом мире, не будьте идиоткой. Потому что вы можете сказать мне, что вы доверяетесь Богу, чтобы прожить день. Но когда вы переходите дорогу, я знаю — вы смотрите в обе стороны. Катнер: А что Кадди делает в вашем кабинете? Хаус: Кроме того, что портит весь фэн-шуй своей задницей, которая выходит на все 8 сторон ба-гуа одновременно? Является ли ложь ложью, если все знают, что это ложь? Лучше всю жизнь смотреть на птиц, чем всю жизнь мечтать о крыльях. Жить несчастным сравнительно лучше, чем несчастным умереть. Идеальная женщина — это мужчина. То, что ты несчастен, не делает тебя лучше других. Это просто делает тебя несчастным. Не нравится ответ — не задавай вопрос. Легче умереть, чем наблюдать за тем, как кто-то умирает. То, что он оказался прав не значит, что он не ошибался. — У тебя что, телефон сдох? Ты его хоть иногда заряжаешь? — Их заряжают? А я всегда покупал новый. Хаус: Что вы нашли? Кэмерон: У вас с Джорджем одинаковый вкус на мебель и женщин. Хаус: Датский модерн и русские гимнастки? Кэмерон: Пианино и шлюхи. — Мужчина 37 лет, провалы в памяти. — Пусть перейдет с текилы на бурбон, мне помогло. Люди получают то, что получают, и это не имеет ничего общего с тем, что они заслуживают. — А разве нельзя как-то еще забеременнеть? Например, через сиденье унитаза. — Несомненно. Правда, между вами и сиденьем нужен еще и парень, но да, несомненно. — Приготовление пищи можно сравнить с музыкой. Разные элементы соединяются, чтобы создать симфонию. — Вот только пятая симфония Бетховена не станет завтра дерьмом. — Когда у неё [монахини] случился приступ, мне пришлось расстегнуть ей кофту, чтобы провести реанимацию и я узнал две вещи: у монашек может быть красивая грудь и у неё была татуировка на её плече — скунс. Возможно, это был святой скунс Иосифа, но насколько я знаю, в католических приёмных домах и монастырях нет татуировочных салонов при трапезных. — Последнее время я чувствую свободу в суставах и часто болею. Может быть я слишком много тренируюсь? Я бегу марафон по десять миль в день, но никак не могу согнать вес. — Поднимите руки. У вас паразит. — Что-то типа ленточного червя? — (делает УЗИ) Откиньтесь и поднимите свитер. Вы можете опустить руки. — Что-нибудь можно сделать? — Только в течении месяца. После этого его будет незаконно удалять, кроме как в паре штатов. — Незаконно? — Не беспокойтесь. Многие женщины учатся принимать этого паразита. Они дают ему имя, одевают в маленькие одежды, дают играться с другими паразитами. — Играть?.. — (показывает монитор УЗИ с ребёнком) У него ваши глаза. Здесь две возможные развязки. Всё закончится, и кто-то будет страдать или всё не закончится, и кто-то будет страдать. Значит конец — это всегда плохо, а вот начало — далеко не всегда! Всё рано или поздно кончается, жизнь кончается, но это не значит, что от неё нельзя получать удовольствие. Пациент: — Вы же неровно дышите к своей начальнице. Хаус: — Нет. Я неровно дышу к ее неровностям, но это ровно ничего по сути. Люблю метафоры. (пациенту в коме): — А вы молодец. С вами легко общаться. Хаус: — Органы равновесия, нервы, легкие, кости, сердце… Уилсон: — Это что — рецепт колбасы? Люди терпеть не могут тех, кто строит теории о людях. — Хочешь, чтобы народ нормально ездил? Убери подушки безопасности, прикрепи мачете на уровне шеи, и все будут ездить со скоростью 3 мили/час. (сидя в инвалидном кресле): — Конечно, теперь тяжелее заглядывать Кадди в лифчик, но зато обзор на её задницу стал лучше. Я такой: всегда найду радужную сторону.