ДВОЕ ИЗ ЛАРЦА Ходили с сыном в кино на диснеевский мультфильм. Сидели в первом ряду. И ноги можно вытянуть и головы не мешают. Обложились попкорновыми ведрами: хрумкаем, запиваем – все как у людей. Рядом с нами любопытная парочка, он и она. Тихонько беседуют, улыбаются, держат друг дружку за ручки, рассматривают глянцевые проспектики и решают на какой фильм пойдут в следующий раз. Пока шел мультик, парочка веселилась в нужных местах, подталкивая друг дружку локотками. Короче пара как пара, но привлекла мое внимание к ней одна маленькая деталька: им обоим было лет по девяносто, никак не меньше. Закончилось кино, включился свет, публика ломанулась к выходу (как будто все только и ходят в кино ради того чтобы побыстрее выскочить из зала...) Мы с сыном не спешили: пока одевались, пока собирали в кучу нашу попкорновую свалку, смотрим, кинотеатр опустел, а парочка старичков даже не думает уходить. Сидят и мило беседуют. Вдруг в зал входят «двое из ларца, одинаковых с лица». Огромные мужики лет по тридцать с одним лицом на двоих (братья-близнецы). Подходят к старичкам. Мужики: - Ну как вам сегодня? Старички: - Сегодня хороший фильм и закончилось счастливо, а в тот раз какие-то черти, страсти, нам не понравилось... Алик, а тебе стричься не пора ли? Куда жена смотрит? Зарос весь, глаз не видно... Мужик: - Подстригусь, бабушка. Один из ларца накинул пальто на старушку, другой на деда. Бабушка повисла на одном, а второй легким привычным движением подхватил дедушку на ручки и понес к выходу. Мы с сыном шли позади этой кавалькады и слышали их трогательный разговор. Дедушка, парящий на ручках, показывал внуку проспектики: - Вот смотри, этот какой-то ужастик, на него мы не пойдем. А этот вроде ничего и Джорж Клуни тут играет. На него я обязательно пойду. Внук: - Пойдешь, дедушка, пойдешь... Они вышли на улицу, загрузились в джип и укатили. А я шел и думал: Эти старички наверняка обычные добрые волшебники, иначе откуда бы у них взялись двое из ларца... ТОЧКА ВОЗВРАТА Мне восемь лет и мы с родителями в отпуске на море. В последний день отдыха, папа купил мне самолет. Я выканючивал его весь месяц. Ослепительно красивый, с винтами на крыльях. Его нужно было крутить на леске вокруг себя и самолетик, стрекоча пропеллерами, кружил голову до тошноты. Сели в поезд. Нам попался последний вагон. Я вышел в задний тамбур, и мне пришла в голову дикая авантюра: что если привязать самолет к поезду? Полетит или нет? У меня был моток тоненькой лески. Выскочил из вагона, прибежал в конец, вскарабкался с торца и наскоро привязал к двери. В последнюю секунду успел запрыгнуть обратно и поезд пошел. Вначале самолет тащился, подпрыгивая на шпалах, его шум привлек внимание двоих мужиков на перроне, они оценили хорошую вещь на длинной леске и погнались... Я стоял в закрытом тамбуре и ни чем не мог помочь своему летчику. Когда он был уже почти в чужих лапах, мужик упал, сойдя с трассы. А самолет ВЗЛЕТЕЛ. Это было потрясающе... Представьте: вам восемь лет и за вашим поездом летит самолет на невидимой леске. Я восторженно смотрел на него часами, а на каждой остановке, мое сердечко, перекачивало лошадиные дозы адреналина. Каждый раз одно и тоже: поезд трогается, самолет шуршит, люди его замечают, думают, решаются, пускаются в погоню. Видимо длина лески оказалась идеальной, и преследователи либо, запыхавшись, отставали с дикими проклятиями, либо - падали. Однажды, в погоню за моим самолетом пустилась бабушка, бросив на перроне внука. Отстала быстро. Я каждый раз представлял, что это наш летчик убегает из немецкого плена. Одним словом, через сутки нашего перелета, самолет вобрал в себя столько людской энергии, что казалось, слегка светился в темноте. Вот последний полустанок за два часа до прибытия домой. Стоянка две минуты. Вокруг лес. Смотрю, через рельсы идет пацанчик октябрятского возраста, в разрушающей мою психику близости от сокровища. Так и есть, заметил. Поднял и одним рывком оторвал леску. Я почувствовал, что мне оторвали руку или ногу... Он рассматривал самолет и не верил своим глазам, Я тоже своим не верил. Поезд тронулся. Человек всегда чувствует, когда на него смотрят, а когда смотрит медуза горгона, чувствует тем более. Мальчик оторвался от самолета и встретился с моим взглядом. Три секунды мы смотрели друг на друга и… он пошел за поездом. Быстрее, еще быстрее, догнал леску, уже на бегу, кое-как привязал мой натерпевшийся страху самолетик, отпустил и помахал ему рукой... С тех пор прошло тридцать пять лет, но более благородного поступка, в своей жизни я не видел. Чтобы сельский, советский, восьмилетний мальчик, выпустил из рук ТАКОЙ трофей..? Это был необыкновенный человек. Надеюсь, что сейчас он счастлив, богат и любим своей семьей, ведь на нем, как на ките, держится огромный кусок мира. А самолетик, весь в сетке мелких царапин, хранится в игрушках моего сына. ДЕД МОРОЗ Голодная зима кризисного 98-го. Меня угораздило снимать новогоднюю программу. В ней должен быть эпизод, когда из нашей веселой студии с актерами и певцами, Дед Мороз неожиданно дарит телевизор случайным людям в глухой деревне. Такой легкий псевдо-интерактив. В те времена большой телевизор "Sony" - был крут не только для глухой деревни. Заехали наугад, километров сто от Москвы. Со мной съемочная группа, телевизор, наряженная елка и т. д. Вечереет. Свернули на совсем хреновую проселочную дорогу, и я решаю, что дальше забуксуем и поэтому "счастливчик " живет в этой деревне. Стучим наугад в первый попавшийся дом. Я задумал, что не сразу скажу про подарок, пусть люди просто захотят нас пустить снимать, а за то, что они гостеприимные хозяева, тут-то им и сюрприз будет... Открывает сорокалетняя тетка в ночнушке и валенках: - Че надо? - Добрый день, мы из Москвы, приехали снимать новогоднюю программу, впУстите нас? Это много времени не займет, часа три. Через неделю, в новогоднюю ночь, себя по телику увидите. Выглянул ее муж, и сын - балбес с нахальным взглядом. Сын сказал: - Мы снимаемся только за деньги, а если бесплатно то - ноу хау, ну то есть ноу коментс. Ну че, заплатите или ноу коментс? Я посмотрел вглубь комнаты сквозь щели в семье и сказал: - У вас бревенчатые стены закрыты обоями, не видно деревенской фактуры, да и денег за съемку мы не платим. Тетка: - Ну тогда нам не надо ваших съемок, тем более я смотрю вас аж пять человек - натопчете в зале, выстудите хату. Да и задаром нахер надо... Идите лучше к Макаровым, у них и стены без обоев и не откажут. А я пальто накину, вас провожу. Посмотрю хоть какая Макарова артистка... - ---------------------------------- Стучимся в дом, открывают бабка с дедом. Обрисовываю ситуацию. Пускают, говорят: - Снимайте если надо, да только извините, мы не готовы, у нас не убрано. - Нормально, - говорю. - Обещаю, что все будет красиво. Старики, узнав, что нужно снимать "новогодний стол", смутились: - Простите, мы еще не готовы, пенсию отправили сыну на север, так что даже не знаем, что поставить на стол... Ну вы-то с дороги, садитесь ребятушки, покушайте. У нас есть щи.. Мы впятером умяли кастрюлю пустых щей, поблагодарили и я говорю: - А где у вас телевизор? - Да был... Сломался. Тут я понял - это мы удачно зашли... Вконец смутившимся старикам, говорю: - Вы не переживайте о еде, у нас все с собой. Через полчаса большой деревянный стол ломился от яств, был даже жареный поросенок. Все настоящее и очень недешевое. Соседка, приведшая нас, всплеснула руками: - Чего же вы мне не сказали, что у вас с собой столько жратвы? Мы бы тоже согласились. - Так вы же спрашивали про деньги, а денег мы не платим. Тетка продолжала: - Скатерть самобранка! Повезло же вам, Макаровы, но вы хоть мне потом вот эту бутылочку дайте, я же их к вам привела. Я говорю: - Привели и спасибо, мы вас больше не задерживаем. - Все, молчу, молчу. Я тихонько посижу. Началась съемка, подошли к кульминационному моменту, киваю - мол, пора. Ребята притащили в дом огромную коробку с телевизором. Я говорю: - Вы сидите за столом, чокаетесь и тут с этой стороны камеры, по столу въезжает телевизор - подарок Деда Мороза. Немая сцена. Я с удовольствием смотрел на умирающую соседку. Выглядела она, как будто узнала о начале войны с Германией. Внутренняя борьба жадности с завистью убивала ее. После ступора она подскочила как кузнечик, бросилась ко мне и почти закричала: - Стойте, не снимайте! Подождите пять минут! Это очень важно! Не снимайте, пока я не вернусь! С этими словами тетка убежала. Мы потихоньку доставали телик из коробки, успокаивали счастливых стариков. Прошло не более 15-ти минут, забегает соседка и тащит меня за рукав на улицу. Мне стало даже интересно. До ее дома метров 100, не больше, но по дороге я успел узнать, что Макаровых нельзя снимать - у них сын сидит в тюрьме за драку с милицией. Да и самого старика Макарова когда-то выгнали из партии, за то, что качал права перед правлением. Захожу к тетке в дом и чуть не сползаю по стенке... Муж и сын – балбес, тяжело дышат, весь пол завален кусками рваных обоев. Вокруг пустые бревенчатые стены. Тетка: - Вот, пожалуйста, как хотели - все стены деревянные. Все, можете снимать. Я прошелся по комнате, осмотрелся и сказал: - Вы знаете, все же у Макаровых фактура дерева нам больше подходит. Но за предложение спасибо. Ну, мне пора на съемку. Извините за компанию. С наступающим.